Крымский полуостров, расположенный в самом сердце Черноморского региона, последние десятилетия стал точкой столкновения геополитических интересов Украины, России и, в определенной степени, других причерноморских государств.

О Крыме говорят много. Не так давно с экранов телеканалов не сходили картинки боевых кораблей на фоне живописных морских пейзажей, журналисты наперебой рассказывали о вояжах в Севастополь Лужкова и Затулина, содержании транспарантов на митингах сторонников канувшего в лету «президента» Мешкова, пугали зрителей татарской экспансией, доказывали «связь крымско-татарских сепаратистов с чеченскими террористами». Масло в затухающий огонь интереса к «крымской проблеме» подлили конфликт вокруг острова Тузла, вновь разгоревшиеся споры вокруг границы в Азовском море и Керченском проливе. В то же время, за муссируемыми прессой политическими коллизиями, остаются скрытыми от массового читателя процессы, происходящие в Крыму на самом деле.

Новый геостратегический ареал - от Балкан до Центральной Азии - это мощный фермент стабильности или, наоборот, нестабильности глобальной безопасности. Здесь смешалось влияние расширяющегося вширь блока НАТО и углубляющихся демократических преобразований в России. На этом плодотворном гумусе не только может, но и должно произрасти понимание гражданским населением 9 стран этого региона необходимости демократического контроля в сфере национальной безопасности. К сожалению, такому контролю бросают вызов вольные или невольные сторонники методов международного терроризма.

Задачи по предотвращению терроризма невоенными средствами могут быть решены лишь в рамках новой парадигмы национальной безопасности, подкрепленной развитием производства соответствующих «товаров и услуг», в том числе и неправительственным сектором экономики и, что, пожалуй, самое основное – при изменении «человеческого материала» в борьбе с терроризмом.